Владимир Ягличич Косинский - и другое. Цикл.

Дата: 06-08-2017 | 20:38:27

Владимир Ягличич  Косинский*
(С сербского).

Шёл шёпот о писателе из Польши:
с самим Поланским дружит постоянно;
никто из фляжки не потянет больше !
Кому б с ним знаться было нежеланно ?

Его успех всё рос невероятно.
Награды шли потоком - как не снилось.
Бестселлеры издал десятикратно.
В одиннадцатый раз не получилось.

Куда ж деваться, если предан делу ?
Кто мы ? Кто он в предчувствиях погрома ? -
Барбитураты и на голову мешок !

Где пребывать столь мизерному телу ?
В кольце из небоскрёбов и без дома.
Где ж дом ? - Молчит Земля. Не скажет Бог.
------------------------------
Косински
 
Говоре жене о писцу из Польске.
Са Поланским је, кажу, нераздвојан.
А како само потеже из пльоске!
Ко не би друштво јунака тог соја?.
 
Критичари га хвале на сва звона.
Шампион прозе. И награде прима.
Први хитмејкер, у десет сезона.
Једанаесте - дојадио свима.
 
Куда измаче, посвеhен свом делу?
Ко смо? Он ко је? Предосет свог слома?
Барбитурати, и на глави кеса?
 
Ко је у ситном становао телу?
Свуд небодери - али нигде дома.
Где је дом? джуте земльа и небеса.
 
8. 03. 2006. (2017)

Примечания.
Стихотворение перекликается по своей теме с широко известным стихотворением американского поэта Эдвина Арлингтона Робинсона (1869-1935) "Ричард Кори".
*Ежи Косинский (Он же Йосеф Левинкопф, 1933-1991, родился в Лодзи, покончил с
собой в Нью-Йорке). Скрывал своё имя и происхождение. Чудом, благодаря польским
документам, избежал гибели от рук нацистов. В 1957 г. перебрался в США. Стал
автором успешных нашумевших книг, в которых использовал свои детские воспоминания. До конца жизни не избавился от моральных травм, полученных на родине. После ряда лет большого литературного успеха подвергся резким нападкам,
возможно, вызванным политическими причинами. В Польше его книги долгое время не издавались. Его несправедливо обвиняли в плагиате, в искажении фактов и в использовании труда литературных "рабов".



Владимир Ягличич  С нуля
(С сербского).

"Ничего не теряет кто начнёт с нуля".
Филип Френо*

Враги упрямы и могучи.
Все грозно требуют уйти.
А спутник мой - лишь только туча.
Твержу: "Прикрой меня, лети !"

Погода зла, метель колюча.
Твержу: "Давай: мети, мети !
Наяривай как можно круче,
но не сбивай меня с пути !"

Мои ладьи ушли на дно -
Увы ! Всё так же, как у Хёгни**.
И войско там погребено.

Начать с нуля мне суждено.
Твержу себе: "Дерись, не дрогни,
всё будет в битве решено !"
-----------------------
Од нуле
 
Не губи ко од нуле почне
Филип Френо*
 
Једногласно одбачен,
вишегласно преhутан,
постадох твој, облаче,
што лебдиш изнад пута.
 
С кишом сам уортачен,
са снегом се перутам.
Тако, подржан јаче,
не могу да залутам.
 
Моје су ладже потонуле
као и Хагенове**
(само ми војске фали).
 
И болье: ко од нуле
креhе, у битке нове,
нема за чим да жали.

Примечания.
*Филип Морен Френо (Philip Freneau, 1752 - 1832)- "поэт американской революции",
моряк, публицист, редактор, друг Джеймса Мэдисона.
Эпиграф по-английски: If nothing once, you nothing lose.
**Хаген, иначе Хогни или Хёгни - герой средневекового германо-скандинавского эпоса. Он же - Хаген из Тронье.


Владимир Ягличич    Чудом
(С сербского).

Медсестре Даце

Приятный шаг под лёгкий плеск халата.
Он белый и с изяществом надет.
Ты старшая сестра моей палаты,
где вряд ли доживу я до ста лет.

Гадаю, не из фильма ли пришла ты.
В тебе есть блеск всех звёзд и всех планет.
Я в похвалах искусен плоховато,
но красота - любимый мой предмет.

И красота - не пустяки, не дым;
ценима не по рыночному счёту
и вместе с добротой слагает стих.

В тебе душа, что дарит всем больным
целебную безгрешную заботу
и - чудом - нас хранит в числе живых.
--------------------------
Чудом
 
Даци
 
Складан корак, мешан с белим струјем
медицинске униформе: ко ту
још заступа здравлье, где болујем,
и где неhу дочекати стоту?
 
Сребра милост у твојем трагу је,
ко од звезда, у научном споту.
Ја не умем да се улагујем,
али знам да узвисим лепоту.
 
А лепота, то је манье оно
што пијачну тарифу поприма -
више благост, уз нас се привила.
 
Дивно биhе, потајно нам склоно,
лековита безгрешна топлина
што нас држи, још, чудом, живима.


Владимир Ягличич    Предчувствие
(С сербского).

От боли я не сплю уже все ночи.
От ног до сердца нестерпимый гнёт.
Хочу вскричать: терпеть не стало мочи,
но и на это сил не достаёт.

Я сдерживаю стоны и дыханье.
Предчувствую безрадостную весть,
и чую в мраке ночи отрицанье
всего того, что в мире ни на есть.

Не дай Бог брошу близких и родных,
и душу мне терзают угрызенья;
а главное, что будет мучить их, -
что нет лица, что в горе виновато,
в чей адрес можно бросить обвиненье,
что всё его наследство - не дукаты.

Боль может стихнуть - духу нет покоя:
я не закончил многих важных дел;
и под конец, у края бездны стоя,
не смог сказать всего, что я хотел.

А всё, что сделал, соревнуясь с веком
в его игре, влекущей в кутерьму,
рассыпано по всем библиотекам.
Не знаю: пригодится ли кому ?
-----------------------------------
 
Предосеhанье
 
Кад целе ноhи не могу да усним,
и бол ме жига ка срцу, од ногу,
шта да учиним? Да ли крик да пустим,
или да признам - чак ни то не могу.
 
И стеньем, као дах да зазиджујем,
веh, окончаньем - слутим да следеhег
можда и неhе бити. Постиджује
ноh, порицаньем свега постојеhег.
 
Тада се сручи, свемирском празнином,
идеја - не да оставиhу ближнье -
веh hе се снаhи без мене, с разликом -
неhе имати на кога кукати;
веh да hе за мном остати врв грижнье:
шкриньа намера - не царски дукати.
 
Дух hе да мучи и кад бол престане:
нисам стигао све важне послове
да свршим - само отворих бездане:
прогуташе ме, ни реч да прослове.
 
И видим, лете рукописи моји,
ненаписани - крилом, празним листом:
чита их ветар што полупостоји
на свету, са мном и без мене, истом.
 
А што заврших, страшhу игре неке
(не схватих је, сем прогутаним криком),
то се расуло на библиотеке,
ко зна хоhе ли устребати иком.


Владимир Ягличич    Цепь
(С сербского).

На службе за окном всегда скулёж.
Уж лучше бы тот пёс рычал от злости.
Мне слушать эти визги невтерпёж.
То хочет пить, то не досталось кости.

Пошёл к соседу. Дом недалеко.
Там рыжий пёс, прикованный к забору.
А приступить к беседе нелегко:
хозяин зол, и он готов к отпору.

Как защитить ? Увидел злобный взгляд.
Ушёл оттуда, не задав вопроса;
и понял, что не стоит невпопад
соваться в драку. Стало жалко носа.

А не было в том деле ничего
не подобающего общему порядку:
страдает и скулит любое существо,
а мы проходим и дрожим вприглядку.
------------------------------
Ланац
 
И шта ми смета: што лаје, ил цвили?
Данима, тако, кроз прозор, на послу,
чујем: комшијски: запомаже. Или
не поје га, ил не дају му коску.
 
Излазим. Куhа до нас, недалека.
Крај ограде, у ланцу. Риджи. Куси.
А сусед, оштар, ко да једва чека
да и ја ланем, па льут да одбруси.
 
Не сечем зеном ньегов поглед кос,
правим се ни да цвиљенье не причух.
И шта hе мени да забадам нос
у ствари које ме се и не тичу?
 
Да ли икада одушка добиhе
збринуто ропство којим живот крпим?
Пати и цвили у ланцима биhе -
а ја, немоhан, пристајем и трпим.



У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!